fb ok ok instagram twitter youtube

Просмотров с 15 февраля 2010: 21292

Об одном из чудес

В связи с моим приездом в Германию и публикацией на сайте телепередачи «Встреча в Останкино», в которой есть небольшой сюжет о знаменитом баскетболисте, олимпийском чемпионе Александре Белостенном, проживающем сейчас в Германии, многих читателей интересует вопрос, как мне в 1988 году удалось спасти ему колени.

Думаю, что воспоминание об этом необычном излечении, сопровождаемое фото и видеоматериалом, в какой-то мере удовлетворит их любопытство, но вряд ли осветит, как всё это могло произойти. В общих чертах, объяснение реакции физического естества человека на психологическое воздействие дано в ряде моих высказываний и текстов, размещённых на сайте. И если читателя не затруднит подробное знакомство с ними, он получит ответ.

Итак, вернёмся в 1988 год. В то время я работал в Киеве и заведовал Республиканским психотерапевтическим центром. Работать в Киев меня пригласили после проведения телевизионной операции по телемосту Москва — Киев, необычность которой вызвала колоссальный интерес миллионов людей.

Ежедневно неимоверное количество больных, приезжавших из разных концов СССР, штурмом брали входные двери здания, где находился этот центр. Неизменными гостями во время моей работы постоянно было множество журналистов и телевидение.

Слухи об уникальных излечениях, происходившие на наших занятиях, моментально разлетались, обрастая разными подробностями и новыми слухами, на что так богата неуёмная человеческая фантазия.

Только следует отметить, что никакая фантазия не могла угнаться за реальностью происходящих событий на наших занятиях. Я получал массу звонков, просьб от самых разнообразных людей с их бесконечным перечнем тяжёлых, неизлечимых заболеваний, каждый новый эпизод избавления от которых, с ещё большей силой воодушевлял тех, кто потерял всякую надежду на спасение.

Поэтому не зря однажды ко мне привели незнакомого мне ранее человека, который бросался в глаза своим высоченным ростом, будучи на две головы выше любого встречного. Бросалось в глаза и то, что он еле передвигался. Мне представили его. Оказалось, что это знаменитый баскетболист Александр Белостенный, у которого после проведённой операции на поверхности коленных суставов стала атрофироваться хрящевая ткань, что приносило ему адскую боль, не позволявшую не только играть на баскетбольной площадке, но даже просто ходить. Ему угрожала замена коленных суставов на искусственные, японские.

Если не работает видео, нажмите на ссылку »

Мы познакомились. Я ничего не стал обещать Александру, понимая особую сложность его состояния. По всем медицинским канонам его заболевание считалось неизлечимым, что было абсолютно очевидно.

Ведь до сих пор ни в одном руководстве, ни в одной из публикуемых в Интернете реклам разных психотерапевтических центров, академий и отдельных специалистов читатель не найдёт ни одного примера избавления от подобного заболевания.

Но при всём этом, отказываться от такого тяжёлого и бесперспективного пациента мне было нельзя. Хотя это было бы самым верным способом избежать неудачи, вероятность которой, я понимал, равнялась ста процентам. И всё же я пошёл на риск. Решиться на это меня заставило какое-то невероятно обострённое интуитивное чувство выигрыша. А, кроме этого, в чём я вынужден сознаться, и самолюбие. Огромная слава избаловала меня и отступать я не мог.

Чтобы Саша не заслонял собой ползала, пришлось попросить его пересесть на самый последний ряд. Я понимал, что он будет недоволен, так как это противоречило распространённому мнению, что нужно сидеть как можно ближе, чтобы «лучше брало». Я давно был противником этой устаревшей догмы, считая наоборот, что чем дальше, то тем ближе.

Согласно установленному правилу, с вновь набранной группой (зал в нашем центре вмещал немногим больше 200 человек) проводилось всего лишь 5 занятий. Большее количество их не позволяли обстоятельства, так как своей очереди ждали тысячи людей.

Изредка во время занятий, бросая взгляды на Александра, я вовсе не думал о его коленях, вслух на эту тему ничего не говорил, никого в зале и его, том числе, не пытался усыплять. Это тоже было давным давно моим выстраданным кредо, согласно которому я стремился не усыплять человека, а пробуждать его молекулярный мир и властвующие им законы. Каждый раз экспромтом излагал новые тексты, ничего не имевшие общего с традиционными призывами расслабиться, сосредоточиться или выздороветь. Эти тексты сопровождались музыкой, которую, как правило, я подбирал сам.

На третьем занятии во время отчётов людей об успехах в излечении (традиционно мы называли эти отчёты «исповедями»), неожиданно поднялся Саша Белостенный и сообщил, что уже приседал со штангой весом в 140 килограммов.

Это была шокирующая победа. Не говоря уже о том, что она была ещё и молниеносной.

Но всё же я посоветовал ему посетить остальные два занятия.

Больше мы с Александром Белостенным не встречались. Позже мне сообщили, что он в составе баскетбольной команды СССР в том же 1988 году стал олимпийским чемпионом. А ещё спустя более 20-ти лет в Москве, в аэропорту Шереметьево ко мне подошёл человек такого же, как и Александр, гигантского роста. Я сразу определил, что это баскетболист. Так оно и оказалось. Улыбаясь и пожимая руку, он передал мне привет от Александра Белостенного, сообщив, что Александр проживает в Германии.

«А колени?» — вырвалось у меня.

«О, с коленями у него отлично», — ответил мой новый знакомый, — «Он очень часто вспоминает вас...»

«Что же, если буду когда-нибудь в Германии, обязательно встретимся с ним», — сказал я, не думая, что такая возможность скоро предоставится...

А. Кашпировский
15 февраля 2010 г.