fb ok instagram twitter youtube

Научная оценка

признание

Просмотров с 20 декабря 2009: 120901

передача 6

16 декабря 1989 года.

  «Не пришло время моему современнику понимать моё дело.
Его время давать только, благодаря ему,
гениальные результаты. И в знак благодарности
повторять по этому поводу дурные и глупые мнения невежд
».
А. Кашпировский

 

Как всегда, концертный зал в Останкино переполнен. Волнение, ожидание чуда исцеления. Что может быть желаннее для больных людей? Снова почувствовать в себе энергию жизни, возродить утраченную надежду на нормальное существование — большинство пришли сюда с этим.

Но много среди зрителей тех, кто пришли посмотреть на удивительного, ни на кого не похожего человека, посмевшего решительно и смело заявить о себе, своем жизненном и врачебном опыте, потрясающих открытиях в излечениях, подтвержденных письмами, телеграммами и врачебными документами.

Звучит знакомая музыка. И сразу же возникает ощущение легкости, ожидания необыкновенного. Необычность оформления экрана, хотя она уже и стала также привычной, усиливает эти чувства. На голубом экране неупорядоченное движение белых шаров, которое сменяется стремительным водопадом. Экран зачаровывает, покоряет. Ощущение такое, что как будто даже шум этого водопада слышен. Постепенно из глубины экрана наплывает вид холмистой местности в туманной дымке. Очертания холмов как бы размываются в этом тумане, создают таинственность.

На экране появляется тоже уже привычная заставка: "Сеанс здоровья врача-психотерапевта Анатолия Михайловича Кашпировского. Передача шестая". Оформители передачи, прекрасно справившиеся со своей задачей, прекращают свою часть передачи. Музыка замолкает. На сцене зала Центрального телевидения столик, за которым сидит Анатолий Михайлович. Полный зал людей. Кажется, уже все это привычно. И в то же время каждый раз ощущение необычности и значительности происходящего...

Часть 1 Часть 2
Часть 3 Часть 4

С этого и начинается очередная встреча с Анатолием Михайловичем Кашпировским, который всем своим внешним видом сразу располагает к себе людей.

Строгий лаконичный облик, нет ничего лишнего, никаких украшательств. Все только в меру необходимости. Вспоминается его определение красивого в человеке:
«Красота зависит от степени выраженности необходимого и от степени отсутствия лишнего».

Своим внешним видом Кашпировский иллюстрирует эти скупые и точные слова. Итак, послушаем, что он скажет сегодня.

 — Здравствуйте, уважаемые телезрители! Я не знаю ничего интереснее на свете, чем телепсихотерапия. Впрочем, «телепсихотерапия» — это неправильное название. Скорее всего, надо называть ее просто психотерапией. А то, что эта дисциплина пользуется новейшим достижением техники, каким является телевидение, так это вполне естественно и правильно. Это настолько очевидно, что мне непонятно, как можно удивляться или возмущаться этим? (Объектив камеры показывает зал заполненный людьми. Как всегда камера ведет наблюдение как за общей ситуацией и реакцией зала, так и за отдельными участниками. Вот мы видим на экране задумчивое лицо симпатичной молодой девушки. А вот группа сосредоточенных пожилых людей - мужчины и женщины. Не любопытствующая публика. Глубоко заинтересованная, страждующая и жаждующая этой встречи аудитория.).

Гете сказал, что «труднее всего видеть то, что у нас перед глазами».
Я недавно получил интересное письмо. Это письмо написал заслуженный изобретатель, доктор технических наук, не хочу называть его фамилию. Он пишет вот что:
— «Отметим одно важное обстоятельство. Неудачи в развитии нового направления являются как бы его катализаторами. Без них невозможно, как правило, довести до совершенства его способы и образцы. Как должны действовать специалисты при открытии нового направления развития? Они должны активно изучать его, найти в нем отрицательное и положительное и использовать найденное на благо людям. Если же они вместо этого будут ратовать за закрытие нового направления, — в данном случае телетерапии, то это закончится тем, что телетерапия быстро разовьется за рубежом, а мы будем в который раз догонять».

— Я не думаю, что телетерапия находится в каком-то плачевном состоянии. Наоборот, она для многих принесла большую пользу. И мы, в очередной раз, немножко «помучаем» вас, читая почту, которая представляет большой интерес. Читаем телеграммы и для того, чтобы зажечь вас примером, чтобы вы пошли за этими людьми, чтобы и у вас случилось то же, что произошло у них.

Кашпировский берет в руки стопку писем и телеграмм, перебирает их бережно, читает:

«Сердечно благодарю. У меня была трудная операция, перелом бедра. После трех сеансов я чувствую себя лучше».
 (Объектив камеры показывает вновь зал. В руках Анатолия Михайловича пачка телеграмм. Те, которые он читает оператор показывает крупным планом и мы вместе с Анатолием Михайловичем можем их читать.)

— Телеграмма из Саратовской области:
— «5-го смотрела сеанс, 6-го удалила три зуба без укола. Страдаю 25 лет пароксизмальной тахикардией. Уменьшились приступы. Мне 63 года».
— «После второй передачи удалила зуб без анестезии. Хочу удалить гранулему зуба. Пожалуйста, дайте установку на обезболивание. Семенова Елена.

Кашпировский восклицает:

— Как удачно попала эта телеграмма мне в руки! Я на сто процентов уверен, что только взгляну на Вас сейчас, а может быть, еще даже и до этого, и Вы — обезболитесь.
Хочу сказать, что обезболивание является самым главным нюансом в моей работе. Почему? Потому что я провел 1700 лекций-выступлений. На каждом из них завоевывал аудиторию с одного-единственного опыта, проводя обезболивание. Человек склонен к обезболиванию, к выделению эндорфина, энкефалина. Когда-то я разговаривал с одним человеком, попавшим в аварию.

Он рассказывал, что, когда на него несся КАМАЗ, он видел только КАМАЗ, а потом — удар… Но этот человек остался жив… Хочу, говорит, тормозить, а машина не останавливается. Оказывается, у него была травма, размягчена нога, полностью. Но в тот момент, когда нога отрывалась, он не чувствовал. Так что, такое бывает очень часто. Или, например, когда люди дерутся, то они не чувствуют боли в момент нанесения ударов. Только когда все заканчивается, они начинают ощущать боль.

Считаю, и не устану это повторять, что наряду с различными способами лечения, имеет право на существование и психологический способ воздействия. Естественно, за это нужно бороться, потому что психотерапевты в основном ориентировались на болезни функционального характера. А вот на органические болезни, мало кто ориентировался.

Судите сами, что такое установка. Вот, например, мы считаем, что в пожилом возрасте должны появиться седые волосы, дряхлость, слабость, в конце концов, — смерть. Человек имеет такую установку и выполняет эту программу. При онкозаболеваниях, (давайте посмотрим правде в лицо), у больных уже создана установка, что нужно только облучение, операция и жить остается недолго. Такая установка… Естественно, человек легко внушаемый,  с гибкой саморегуляцией подчиняется этой установке. А если наоборот?

Естественно, психотерапия не является панацеей ни при каком-либо заболевании, даже при функциональном. Ни неврастения, ни заикание, ни органические болезни на сто процентов психотерапия охватить не может. Это исключено. Но не надо впадать в крайность — отрицать ее огромные и непознанные возможности.

Я считаю, что врач-психотерапевт, но только квалифицированный, высококвалифицированный,  — имеет свою аудиторию, своих больных в любой клинике, в том числе, и онкологической. У нас есть много примеров, когда происходят положительные результаты у онкологических больных. У них уменьшаются боли, часто проходят контрактуры и многое другое. Кроме того, есть целый ряд доброкачественных опухолей, например, такие, как гигромы, липомы, мастопатия, фибромиома. У нас имеются не сотни, а тысячи примеров с конкретными адресами людей, которые сообщают о своем излечении. Поэтому можно предполагать, что если доброкачественные опухоли исчезают, то иногда и злокачественные могут в какой-то степени уменьшаться. Пускай это происходит очень редко, но ни в коем случае нельзя убивать надежду у людей. Я предлагаю создавать установку-исцеление, чтобы человек был настроен на то, что многое может регенерировать.

Ведь никто никогда не думал, что могут проходить рубцы. Многие хирурги до сих пор в сомнении. Но уже столько имеется в Советском Союзе примеров исчезновения рубцов! Не только на коже, но и в других частях тела: и на глазном дне, и при спаечной болезни, и при бесплодии, когда уходит келоидная ткань, регенерирует. Не было такой установки у людей, что может проходить — и не проходило. А как только появились такие примеры, это превратилось чуть ли не в эпидемию.

(Объектив камеры телеоператора направлен в зал. Он задерживает внимание на молодой симпатичной девушке, внимательно слушающей выступление. На экране мы видим общий вид сцены. Она как и прежде очень скромно оформлена. Небольшой журнальный столик, за которым сидит Анатолий Михайлович. По сцене передвигаются операторы с камерами, другие работники, обеспечивающие передачу.)

Никто, никогда не сталкивался с тем, что волосы могут возобновить свой цвет. Все были настроены на то, что этого никогда не может произойти. Но этот феномен проявился, и мы теперь имеем массу сообщений. Установка человека на что-то, играет огромную роль. А установка на «положительное» и надежда всегда играют большую роль. Помните такое выражение: «Раны у победителей заживают быстрее». Эмоциональный настрой человека имеет огромное значение.

А вот телеграмма с сообщением из области юмора:
— «Видела светопреставление. Подробности письмом».

Кашпировский:

— Ну, а вообще-то это уже, по-моему, не из области юмора… Скорее всего, этот человек имеет яркое, образное представление… Трудно сказать, каков уровень этого человека, какая у него фантазия, что он читал, что он представлял… Помните, у Тютчева:
Когда пробьёт  последний час природы,
Состав частей разрушится земных:
Все зримое опять покроют воды,
И божий лик изобразится в них…
По-моему, лучше не скажешь! Ни страшнее, ни проникновеннее, ни точнее — не скажешь!